Радушное общение

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Радушное общение » Околокомпьютерные темы » Цифровизация


Цифровизация

Сообщений 21 страница 27 из 27

21

Скорпиошка написал(а):

Да купит баушка хлебушек. Будем надеется, что на ее жизнь хватит маленьких булочных)

Не хлебом единым сыт человек... бабушка и колбаски хочет. Надеюсь, что для людей, которые расплачиваются наличными, все же останутся магазины.

22

Тюменка написал(а):

Не хлебом единым сыт человек... бабушка и колбаски хочет. Надеюсь, что для людей, которые расплачиваются наличными, все же останутся магазины.

Про наличку скоро мы забудем. Иначе незачем было огород городить. Я тоже всегда думала, как при этом будут справляться бабушки. А сейчас по карте это легко- затарился, прикоснулся картой к фиговине в кассе, и проходи. Любая бабушка справится. А если слепенькая, и не догонит, какой стороной карты касаться, то кассир подсобит)
А тут Греф вон чего удумал, магазины какие навороченные. Чип решает все проблемы, причем вообще) Бабушкам помогут)

Отредактировано Скорпиошка (21-05-2020 12:09:19)

23

О бабушках и цифровизации. Наш Беглов додумался до того, что выплатил 2000  только инвалидам и лицам  старше 80 лет.
Остальным от 65 до 80 посоветовал зайти на сайт соцзащиты, скачать заявление , заполнить его и отправить по электронной почте по указанному адресу. Так что, если у бабушки до сих пор нет компьютера, смартфона или планшета, или зрение слабовато, не видать ей заветных двух тыщ.
Лично я принципиально просить ничего не буду. Но для меня это маленькие деньги. А кому-то ( и многим) не помешали бы на те же лекарства.

Отредактировано Нина В (21-05-2020 15:03:54)

24

New York Times публикует мощный текст с основным тезисом: потребление цифровых услуг - это признак бедности. Мы говорим цифровая экономика, а подразумеваем экономика услуг для бедняков.

Вы бедный, если ваш врач консультирует вас по интернету, а не в ходе личной встречи.

Бедный, если ваши дети учатся онлайн, а не у оффлайновых преподавателей.

Бедный, если покупаете товары онлайн, а не в красивом магазине в центре города.

Для бедных существует гигантский рынок сексуальных услуг онлайн, на котором жители третьего мира продают эротические фантазии бедным гражданам мира первого, которые в состоянии потратить на это лишние десять долларов.

Тот факт, что богатые предпочитают старомодных тьюторов, личных тренеров и поваров, а не Coursera или доставку еды через смарфтон, ни для кого не секрет. Но автора статьи Нелли Боулерз идет дальше и заявляет, что происходит "люксеризация" человеческих отношений.

Если вы по-прежнему получаете услуги от живых людей или имеете возможность общаться с ними, значит скорее всего вы представитель новой элиты, престижное потребление которой заключается в отказе от цифровых услуг в пользу оффлайновых.

Бедные покупают в кредит Айфон, богатые отказываются от смартфонов. Бедные стараются сделать так, чтобы их дети умели пользоваться компьютерами, богатые предлагают своим наследникам частные школы, где обучение строится на общении между людьми. Жизнь, проведенная перед экраном, теперь есть признак вашей неуспешности в жизни.

В этом моменте Боулерз сбивается на довольно спорные утверждения о том, что взросление с гаджетами вредит когнитивному развитию детей и утверждает, что на стороне IT-корпораций в этой дискуссии выступают многочисленные недобросовестные психологи.

Но когда она описывает 68-летнего пенсионера, живущего на прожиточный минимум, главным собеседником в жизни которого стал нарисованный на планшет кот по имени Sox, текст в целом воспринимается как чрезвычайно убедительный. Нарисованного кота для присмотра за пожилыми людьми придумал 31-летний бизнесмен, сотрудники его стартапа работают из Филиппин.

Если о том, что вы умираете, вам сообщит компьютерная программа, это значит, что вы умираете как бедняк в цифровой экономике.

У богатых общение с людьми — жизнь без телефона в течение дня, выход из социальных сетей и отсутствие ответа на электронную почту — стало символом статуса.

Все это привело к любопытной новой реальности: человеческий контакт становится элитным продуктом.

Поскольку в жизни бедных появляется все больше экранов, они исчезают из жизни богатых. Чем вы богаче, тем больше вы тратите, чтобы быть за кадром.

Мы кто?

25

New York Times публикует мощный текст с основным тезисом: потребление цифровых услуг  признак бедности.
https://i.imgur.com/gAso9hFm.jpg

Мы говорим цифровая экономика, а подразумеваем экономика услуг для бедняков.

Вы бедный, если ваш врач консультирует вас по интернету, а не в ходе личной встречи.

Бедный, если ваши дети учатся онлайн, а не у оффлайновых преподавателей.

Бедный, если покупаете товары онлайн, а не в красивом магазине в центре города.

Для бедных существует гигантский рынок сексуальных услуг онлайн, на котором жители третьего мира продают эротические фантазии бедным гражданам мира первого, которые в состоянии потратить на это лишние десять долларов.

Тот факт, что богатые предпочитают старомодных тьюторов, личных тренеров и поваров, а не Coursera или доставку еды через смарфтон, ни для кого не секрет. Но автора статьи Нелли Боулерз идет дальше и заявляет, что происходит "люксеризация" человеческих отношений.

Если вы по-прежнему получаете услуги от живых людей или имеете возможность общаться с ними, значит скорее всего вы представитель новой элиты, престижное потребление которой заключается в отказе от цифровых услуг в пользу оффлайновых.

Бедные покупают в кредит Айфон, богатые отказываются от смартфонов. Бедные стараются сделать так, чтобы их дети умели пользоваться компьютерами, богатые предлагают своим наследникам частные школы, где обучение строится на общении между людьми. Жизнь, проведенная перед экраном, теперь есть признак вашей неуспешности в жизни.

В этом моменте Боулерз сбивается на довольно спорные утверждения о том, что взросление с гаджетами вредит когнитивному развитию детей и утверждает, что на стороне IT-корпораций в этой дискуссии выступают многочисленные недобросовестные психологи.

Но когда она описывает 68-летнего пенсионера, живущего на прожиточный минимум, главным собеседником в жизни которого стал нарисованный на планшет кот по имени Sox, текст в целом воспринимается как чрезвычайно убедительный. Нарисованного кота для присмотра за пожилыми людьми придумал 31-летний бизнесмен, сотрудники его стартапа работают из Филиппин.

Если о том, что вы умираете, вам сообщит компьютерная программа, это значит, что вы умираете как бедняк в цифровой экономике.

У богатых общение с людьми — жизнь без телефона в течение дня, выход из социальных сетей и отсутствие ответа на электронную почту — стало символом статуса.

Все это привело к любопытной новой реальности: человеческий контакт становится элитным продуктом.

Поскольку в жизни бедных появляется все больше экранов, они исчезают из жизни богатых. Чем вы богаче, тем больше вы тратите, чтобы быть за кадром.

https://www.facebook.com/mkhazin

26

«Нас ждут цифровые «Фукусимы»

Президент InfoWatch Наталья Касперская — о том, кто и зачем собирает персональные данные граждан

Подавляющая часть сбора и использования персональных данных происходит сейчас в серой зоне, не охваченной законом или вниманием правоохранителей, рассказала в интервью «Известиям» президент группы компаний InfoWatch Наталья Касперская. Она считает, что в России должен появиться «цифровой кодекс», регулирующий потоки личной информации. Также Наталья Касперская подробно описала, как именно персональные данные утекают из разных источников, в том числе с помощью гаджетов-шпионов. Сегодня смартфоны подслушивают разговоры своих хозяев даже при выключенной функции голосового помощника, а умные телевизоры распознают жесты, лица и голоса.

Базы и утечки

— Какие бывают базы данных с информацией о нас, россиянах?

— Закрытые и открытые. К закрытым относится большая часть государственных баз данных, собираемых уполномоченными на это госорганами и госкорпорациями. Это медицинские базы данных, базы данных «Госуслуг» с ФИО, адресами, базы данных органов ЗАГС, МВД, данные ГИБДД о водителях, о движении транспортных потоков, электоральные данные ЦИК, информация о детях и подростках в школах, данные РЖД о пассажирах и т.п. Собирают информацию также камеры, которые в Москве, например, стоят на каждом подъезде.

Кроме государственных есть частные базы данных, их собирают коммерческие корпорации, используя свои возможности наблюдения за клиентами. К частным относятся, к примеру, базы данных банков и бюро кредитных историй, где хранятся информация обо всех кредитах, которые люди брали, и как они их отдавали.

Эти данные собираются законно?

— По большей части да, но незаконной может быть их передача и продажа на сторону, что регулярно происходит.

Огромный объём данных о нас собирают мобильные операторы, для чего?

— Это информация о звонках, SMS, платежах, скачиваемых приложениях, маршрутах абонентов по городу, они привязаны к ФИО и адресу человека. Яркий пример использования данных абонентов — письмо, которое пришло мне от «эксперта» отдела продаж МТС. В нем говорилось: «Теперь мы фиксируем и анализируем всю информацию о наших абонентах — звонки, SMS, посещение сайтов, геолокацию, финансовую активность и пр. Мы поможем вам эффективнее находить ваших потенциальных клиентов». Называлась база абонентов в 60 млн человек, которые «ежедневно генерируют терабайты данных для анализа». Этих абонентов МТС анализирует по 5 тыс. метрик на основе алгоритмов анализа больших данных.

Когда абонент получает на свой мобильный какую-нибудь рекламу, это может быть как раз результат такой продажи его данных. Например, человек пять дней в неделю ездит в «Леруа Мерлен»? Замечен в районе с новостройками и ищет в поисковике, как самому положить плитку в ванной? Он явно планирует ремонт квартиры, мы покажем ему баннеры о ваших услугах. А кто-то получит приток новых клиентов. Эти данные как бы закрытые, о чем написано в пользовательских соглашениях и договорах, но в реальности мобильные операторы часто незаконно продают их на сторону, а также передают госорганам.

Гаджеты-шпионы

Посещения сайтов в интернете тоже анализируется?

— Да. Огромный объем данных собирают интернет-компании: это поисковики, интернет-СМИ, социальные сети и платформы (Facebook, Instagram, «ВКонтакте», Twitter). У многих есть свои счетчики, расставленные на сайтах третьих сторон, так что они видят вас не только на своей платформе, но и по всему интернету. Очень много данных наших пользователей у иностранных игроков (Google, Facebook, Apple). Они практически не выполняют никаких наших законов, считая себя вне нашей юрисдикции.

Интернет-компании собирают данные про посещения нами их сайтов, чтение статей, комментарии и посты, лайки, перепосты, поисковые запросы, покупки и даже речь при включенном смартфоне, ноутбуке.

То есть сами гаджеты тоже шпионят — включенный смартфон или ноутбук анализирует нашу речь?

— Да. А еще умные телевизоры распознают жесты, предметы, лица, слушают звук в комнатах. Умные колонки или дома постоянно соединены с облаком, всё время слушают звук и передают данные в облако.

То есть нашу речь слышит смартфон, даже если мы не поставили на него виртуального помощника и не активировали голосовой ввод?

— Да, у смартфона есть такая функция. Даже если вы выключите голосовой ввод, вы никак не можете проверить, что встроенная функция распознавания речи не включена.

Компьютер тоже подслушивает наши разговоры, если голосовой ввод не активирован?

— Компьютер по-другому устроен. У него нет таких возможностей по подключению к Сети, как есть у смартфона. И, как правило, хотя это зависит от конкретной модели, нет встроенной антенны.

Операционные системы и приложения тоже собирают данные?

— Да. И Android, и iOS. Эти данные могут не привязываться к фамилии-имени-отчеству. Но к другим устройствам того же пользователя или его семьи, к адресу и маршрутам, покупкам — всегда. А это означает, что пользователь может быть легко вычислен.

То есть обычный пользователь выглядит для таких анализаторов как совокупность связанных устройств?

— Именно. А еще — как совокупность больших пользовательских данных с этих устройств, которую можно всесторонне проанализировать и выяснить всё о конкретном человеке и его окружении: от уровня дохода до состояния здоровья, проблем, пороков и пристрастий.

Почтовые сервисы?

— Да. Причем надо понимать, что многие сервисы принадлежат одной компании или имеют договоренности между собой. Например, Gmail, Hotmail собирают данные пользователей в единую базу, Google анализирует их содержимое и показывает им подходящую рекламу. Если вы пишете друзьям, что хотите заняться живописью, вам обязательно покажут кисти, краски и остальные сопутствующие товары. Данные с Google объединяются с данными Facebook и т.п.

Не все люди — злодеи

— Камеры на улицах?

— Конечно. Большой объем видеоматериалов собирают и частные владельцы камер на улицах города — владельцы ТЦ, магазинов, учебных заведений и т.п. Большая часть этого сбора данных происходит незаконно или вне закона, в серой зоне. То же самое можно сказать про постоянную съемку видеокамерами городских администраций и других госструктур с распознаванием лиц граждан — это делается в серой зоне, то есть на самом деле с нарушением закона о персональных данных и с нарушением Конституции, права на тайну частной жизни.

Но вряд ли кто-то будет против камер, если с их помощью потом поймают грабителя, который зашел в подъезд. Это же делается в целях безопасности.

— Не обязательно рассматривать всех граждан как преступников. Снимать — снимайте. А вот распознавать лица, очевидно, нужно только в трех случаях.

Первый, когда человек оказался в определенной временной и пространственной окрестности вокруг произошедшего инцидента: убийства, стрельбы, драки, грабежа, ДТП, кражи, угона.

Второй, если человек проходит по списку злодеев в розыске, лица которых надо распознавать везде: в аэропортах, на транспорте, на улице, в других публичных местах.

Третий — можно распознавать лица или чрезвычайные ситуации на строго охраняемых территориях: внутри ведомственных заборов или рядом с секретными объектами, но только если с сотрудников взяли подписку о согласии на видеофиксацию.

В остальных случаях — нельзя. Сейчас же распознают всех и всегда, так что в руках мэрии, ГИБДД оказываются данные о наших маршрутах, знакомствах, связях, привычках, привязанные к ФИО и адресу. Это недопустимо и должно быть запрещено законодательно. В этом и должна состоять защита граждан государством.

Подождите, но, чтобы найти преступника, который находится в списке злодеев, нужно просмотреть лица всех остальных и убедиться, что это не он. Разве не так?

— Этого не требуется. Система распознавания лиц работает сейчас довольно хорошо. Это значит, что можно просто убедиться, что заданное лицо в данный подъезд не входило. А кто входил, к задаче поиска данного конкретного преступника отношения не имеет.

Путь к тотальному контролю

Многие люди спокойно передают свои персональные данные, так как считают, что ничего страшного с ними произойти не может. Какие тут есть потенциальные угрозы?

— Во-первых, коммерческое давление, то есть навязчивая неотвратимая реклама. Сюда же относится продажа данных о вас другим игрокам рекламного рынка, спам почтовый и телефонный. Второе — злоупотребление данными со стороны криминала и манипуляторов: попадание данных с вашим ФИО, графиком движения по городу, маршрутами в интернете, адресом в руки тех или иных злоумышленников — финансовых мошенников, вымогателей, шантажистов, черных риелторов, сектантов. Третье — это нарушение прав на тайну личной жизни госорганами, широким классом чиновников и IT-специалистами, которые имеют доступ к этим данным по службе и не имеют при этом подписки о неразглашении или формы секретности. Здесь широкий простор для манипуляций, шантажа, перепродажи данных.

Ну и, наконец, надо понимать, что накопление данных о людях — монотонно возрастающая функция, аддитивный процесс. Всё больше данных о человеке оказываются в руках госорганов и частных игроков, всё больше обмена этими данными, всё время возрастает охват всех сторон частной жизни. Мы движемся в сторону тотального контроля.

Кроме законного сбора данных, как вы упомянули выше, есть и незаконные. А также ведь есть еще и утечки, о которых нам сообщают чуть ли не каждый день. Должно ли государство защищать персональные данные его граждан?

— У нас есть норма о защите частной жизни в Конституции, недавно в п. «м» ст.71 включили тезис о том, что данные должно защищать государство. Но пока законы на эту новую норму не разработаны. Есть закон 152-ФЗ, который регулирует сбор и использование персональных данных. Однако закон защищает только те данные, которые явно помечены как персональные. А данные с камер видеонаблюдения или собираемые платформами под действие этого закона не подпадают.

Поэтому подавляющая часть сбора и использования персональных данных происходит сейчас в серой зоне, не охваченной законом или вниманием правоохранителей. Использования личных данных платформами, площадками, государственными институциями в России никак не регулируется. Это ведет к злоупотреблениям и неправомерному использованию данных, к рискам дискриминации граждан по самым разным признакам. Если не остановить сбор персональных данных кем попало, нас ждут цифровые «Фукусимы».

Как вы представляете себе такую дискриминацию? Можно ли привести гипотетические примеры?

— Представьте: девушка, вводящая в поисковике вопросы, касающиеся материнства, может быть не принята на работу — ведь анализ ее пользовательских данных показывает, что она может забеременеть в скором времени и будет не очень эффективным работником. Это — дискриминация на основании медицинских персональных данных. И это — незаконно.

Пример посложнее — любого высокопоставленного чиновника или бизнесмена можно шантажировать, если в руках у его оппонента или мошенника окажется сводка таких данных: лицо интересующего человека на камере, номер его автомобиля, ежедневные маршруты, адреса, которые он посещает, список лиц, с которыми встречается, распечатка SMS из базы его мобильного оператора.

Наше государство должно защищать тайну частной жизни и сдерживать аппетиты тех, кто пытается засунуть нас в электронный концлагерь.

Каких законов нам не хватает?

— Думаю, у нас должен быть закон про цифровую идентичность граждан, закон о праве на тайну идентичности, закон об обороте пользовательских данных. Они должны действовать на всей территории страны. Должен появиться большой «цифровой кодекс». Эта сложная работа еще впереди.

На днях замглавы Совета безопасности РФ Дмитрий Медведев заявил, что Россия имеет технические возможности, чтобы обеспечить автономную работу российского сегмента интернета. То есть мы можем быть отключены в любой момент и даже этого не почувствуем. Это действительно так?

— Технически отключить нас от Рунета точно могут, так как он зависим от внешних «управляющих», как в сфере маршрутизации и доменных имен, так и в области сертификатов шифрования. Резонансные случаи отключений ряда банков («Россия», Собинбанк, СМП банк, Инвесткапиталбанк) от платежных систем Visa и MasterCard, отключения обновлений ПО Oracle и Microsoft российским компаниям, отключения Крыма от интернет-сервисов в свое время наделали много шума и ускорили ход импортозамещения.

Для обеспечения устойчивости к отключению интернета извне нужно создать дублирующую систему корневых серверов, которую будут контролировать российские структуры и специалисты, а также внедрять отечественные сертификаты шифрования.

Закон о суверенном интернете должен обеспечить такую независимость. Работы ведутся. Надеюсь, многое уже сделано и мы вполне защищены от внезапного отключения Рунета.

https://iz.ru/1119259/anna-urmantceva/n … e-fukusimy

27

Складывается впечатление, что во власти у  нас  сейчас много больных  на голову  людей...   :dontknow:


Вы здесь » Радушное общение » Околокомпьютерные темы » Цифровизация